- Жужжат пчелки! - ухмыльнулся Семен.
- Жратву только на них переводим. - Мирон обернулся, указал глазами
на пленных: - Давай и этих до гурту. Батько велел.
- Ага. - Верзила полез в карман за ключами. Чуть не зацепившись пле-
чом за косяк, вошел в амбар, оттуда позвал Мирона: - Иди, подмогнешь ля-
ду поднять!
Мирон нехотя слез с коня. Они вдвоем подняли тяжелую сырую ляду и ве-
лели пленным по одному спускаться в подвал.
- Фонарь бы хоть зажгли, - пробормотал поручик Дудицкий, нащупывая
ногами ступени. - Не видно ничего.
- Поговори, поговори, - лениво отозвался Мирон. - Я тебе в глаз зас-
вечу - враз все увидишь.
- Мерзавцы! Хамы! - громко возмутился спускавшийся еле дом за Дудиц-
ким Кольцов.
Еще когда их вели сюда, на хутор, он все примечал, схватывал цепко,
упорно, вынашивая мысль о побеге. В пути такого шанса не представилось.
А сейчас? Что, если сбросить этих двоих бандитов в подвал? А дальше что?
Вокруг полно ангеловцев!.. Нет, это почти невозможно!..
Все эти мысли мелькнули мгновенно, и в подвал Кольцов стал спускаться
без малейшей задержки.
- Хамы, говоришь? - обжег его злобным взглядом Мирон. - Я тебе это
запомню. Когда вас решать поведут, я тебя самолично расстреливать буду.
Помучаешься напоследок. Ох и помучаешься!..
В подвале было темно и сыро, под ногами мягко и противно пружинила
перепревшая солома. Пахло кислой капустой и цвелью.
Кто-то кашлянул, давая понять, что в подвале уже есть жильцы.
- О, да этот ковчег уже заселен, - невесело пошутил Кольцов и, когда
вверху глухо громыхнула ляда, извлек из кармана коробок, зажег спичку.
При неясном и зыбком свете он увидел: в углу, привалившись к старым боч-
кам, сидели трое офицеров, старший по званию был полковник.
- Берегите спички, - сказал он, поднимаясь.
- Разрешите представиться, господин полковник! Капитан Кольцов! - И
обернулся к своим попутчикам: - Господа!
Погасла спичка.
- Ротмистр Волин, - прозвучал в темноте уверенный голос.
- Поручик Дудицкий.
Наступила пауза, в которой слышался только шелест соломы и чьи-то по-
хожие на стон вздохи.
- Вас, кажется, пятеро? - спросил полковник.
- Мы из другой компании, полковник, - сказал командир с калмыцким ли-
цом. - Командир Красной Армии Сиротин, если уж вас так интересуют ос-
тальные.
- Командир Красной Армии Емельянов.
- Бред какой-то, - буркнул полковник и, судя по жалобному скрипу рас-
сохшейся бочки, снова сел на прежнее место. - Красные и белые в одной
темнице!
- А вы распорядитесь, чтоб нас выгнали! Мы - не против! - насмешливо
отозвался Емельянов.
Полковник промолчал, не принимая шутки. Затем сказал, обращаясь к
троим своим:
- Устраивайтесь, господа! Я - полковник Львов! Здесь со мной еще ка-
питан Ростовцев и подпоручик Карпуха!
Кольцов опустился на солому, ощутил рядом с собой чьи-то босые ноги.
- Извините! - Он поспешил отодвинуться.
- Ничего-ничего... Здесь,