Мирон, жалея, что не
он первым обнаружил шубу.
- Не трогайте маму! - уже закричал Юра. - Слышите, вы!
Не тро...
Мирон схватил Юру за воротник. На миг взгляд Юры в упор уткнулся в
тусклые зрачки, в рябое лицо.
- Что, любишь мамочку? - Мирон поволок Юру к двери и с силой толкнул.
А сам торопливо вернулся к Павло, который - уже с шубой в руках - обыс-
кивал других, перепуганных насмерть пассажиров и старательно рассовывал
по оттопыренным карманам бумажники, кольца, часы.
- Так... здесь все чисто, - удовлетворенно сказал он.
Но тут его внимание привлекла толстая, аккуратно обернутая в газету
книга, лежавшая на полу. Он поднял ее, послюнявив палец, перевернул пер-
вую страницу и, медленно шевеля губами, прочитал по слогам:
- "Ка-ли-тал..." Ого! - восторженно удивился он. - Гляди, чего чита-
ют!
- Возьми, - посоветовал Мирон.
- Зачем? - удивленно взглянул на него Павло.
- Прочитаешь, будешь по-ученому капитал наживать, - наставительно
произнес Мирон.
Павло внимательно посмотрел на него, сунул книгу за пояс и пошел
дальше.
Мирону же что-то почудилось, легкий какой-то шорох наверху. Он встал
на лавку, затем на столик, потянулся к самой верхней полке. И уперся
глазами в черный ствол нагана, который направил на него Кольцов.
Павло, вышагивая по вагону, обернулся, издали полюбопытствовал:
- Ну что, есть там кто?
- Н-никого, - выдавил из себя Мирон и, повинуясь движению неумолимого
зрачка нагана, медленно, как лунатик, сполз вниз. Не оглядываясь, так же
медленно и осторожно, словно боясь задеть за что-нибудь хрупкое, вышел в
коридор, сделал несколько шагов. Остановился. И вдруг резко рванулся в
соседнее купе, выхватил кольт и разрядил всю обойму в верхнюю часть пе-
регородки. Полетели щепки.
Настороженно прислушался. Тишина.
- Ты чего? - спросил прибежавший с револьвером в руке Павло.
- А ну погляди, прикончил я того гада, что наверху? - приказал Мирон.
Павло боязливо привстал на столик и так же боязливо заглянул на полку
- там никого не было. Павло облегченно покачал головой.
...Юра еле-еле поднялся с насыпи. Болела шея, саднило локти, по всему
телу разливалась вязкая, ватная слабость, удушливый комок подступил к
горлу. Возле состава суматошно метались бандиты, тащили узлы, чемоданы,
по жнивью тряслась тачанка с пулеметом.
Поравнявшийся с вагоном всадник, бросив поводья на луку седла, с удо-
вольствием разглядывал новенькие "трофейные" сапоги. И вдруг что-то
большое, темное пронеслось мимо Юры, обрушилось на всадника. Бандит ох-
нул и выронив сапоги, по-
летел на землю. А в седле уже оказался другой человек. Вздыбив коня,
он повернул его в степь. Лицо всадника на мгновение открылось Юре - он
узнал Кольцова.
Раздались крики, кто-то выстрелил. И еще... Всадник скакал по жнивью.
И тут наперерез ему, круто развернувшись, помчалась тачанка.
Юре было хорошо видно, как здоровенный детина, прильнув к