по известным причинам, но говорите сейчас искренно, то я не пожа-
лею, что разрешил вам провести эти две недели на нашей территории. Пото-
му что вы хотя бы кому-то расскажете правду о большевиках, о наших зада-
чах, наших целях...
- Мы увозим из вашей страны массу фотографий, надеемся их опублико-
вать! - сказал Жапризо. Ему начинал нравиться этот умный, неторопливый
человек, умеющий побеждать в спорах, ему была по душе волевая направлен-
ность его характера.
- Я уверен, что вы крупно разбогатеете, господа, - сказал Лацис, пря-
ча лукавинки в глазах.
- О! Каким образом?
- Мы победим, и, естественно, интерес к Советской России значительно
возрастет! Тогда у вас купят все фотографии. - Лацис встал, давая по-
нять, что беседа подошла к концу.
Встали и журналисты. Жапризо, весело потирая руки; Колен - медли-
тельно, с какой-то старческой неохотой: не было удовлетворения, не сумел
задать нужные вопросы, не оказался хозяином положения.
- Если мы кому-нибудь скажем, что в Чека работают веселые, остроумные
люди, нам никто не поверит. - И Жапризо, ловко выдернув из папки, поло-
жил перед Лацисом фотографию Киева: - Подпишите, пожалуйста!..
Лацис склонился к фотографии, черкнул несколько скупых слов о том,
что верит в их объективность...
Журналисты вышли от Лациса явно обескураженные. Сенсации не получи-
лось. Только факт самого пребывания в Чека. Только это...
А тем временем Фролов, Красильников и Кольцов, наскоро пообедав здесь
же, в кабинете, вновь вернулись к прерванным делам, к выработке правдо-
подобной версии. Для разведчика версия - это так много! Ошибка в версии
- провал.
- Следующее соображение, - сказал Фролов. - Генерал Казанцев помнит
тебя как боевого офицера и конечно же попытается использовать на передо-
вой. Нам же необходимо, чтобы ты осел у него в штабе.
- Это уж как получится, - качнул головой Кольцов. - Мне самому в сво-
их стрелять не с руки. Но и настаивать на том, чтобы оставили в штабе,
опасно...
- Это верно, в штабе не оставят. Потому что ты для них черная кость,
сын клепальщика. Хоть и офицер, но сын рабочего, вряд ли такому они ока-
жут доверие.
- Что делать, Петр Тимофеевич, родителей себе не я выбирал.
- А ты их на время смени. - Фролов вынул из ящика стола объемистую
книгу "Списки должностных лиц Российской империи на 1916 год". Раскрыл
книгу на букве "К". - Среди нескольких десятков Кольцовых мы нашли впол-
не для тебя подходящего: Кольцов Андрей Константинович. Действительный
статский советник. Уездный предводитель дворянства. Начальник Сыз-
рань-Рязанской железной дороги... По наведенным справкам, в семнадцатом
году уехал во Францию, там умер. Вдова и сын живут под Парижем... Ну
как, такой родитель тебе подойдет?
- Листай дальше, Петр Тимофеевич! - обречено махнул рукой Кольцов. -
Может, найдешь кого-нибудь попроще! Ну, какого-нибудь акцизного. За дво-
рянина-то я вряд ли сойду.