дал адреса людей, которые проведут его по
цепочке до Харькова, растолковал, к кому надобно будет Мирону там обра-
титься. Под вечера с запрятанным в подметку сапога письмом повеселевший
и все же настороженный Мирон отправился к линии фронта...
В пути Мирон в новой мере хлебнул хлопот и понял, для чего нужен
связному острый слух, далекий глаз и быстрые ноги. Все пришлось испытать
ему - и прятаться, и убегать, и притворяться та слабоумным, то увечным.
И все же удача не обошла его и на сей раз - он благополучно добрался до
Харькова.
Капитан Осипов, получив от Мирона письмо, тут же отправился для док-
лада к полковнику Щукину.
- Вести из Киева, господин полковник! - без стука, что означало чрез-
вычайность сведений, войдя в кабинет, доложил он. - Получено сообщение
от Сперанского. У них провал. Чекисты арестовали штабс-капитана Заглади-
на, но в перестрелке он погиб. Так что более или менее все обошлось бла-
гополучно.
- Что означает эта туманная формулировка - более или менее? - не под-
нимая головы от срочных бумаг, иронично и строго спросил Щукин.
- Провал не коснулся Киевского центра, - невольно подтянулся Осипов.
- Ведь со смертью Загладина нить, ведущая от него к Центру, оборвалась.
- А как чекисты вышли на Загладина? - все так же не поднимая головы,
продолжал задавать вопросы Щукин.
- Сперанский пишет - случайно. Во время транспортировки оружия, - по-
чувствовав тяжелое настроение своего начальника, внес в доклад слова ус-
покоения Осипов.
Щукин настороженно постучал костяшками пальцев по столу, оторвал на-
конец взгляд от бумаги и, сурово посмотрев на Осипова, сказал, отделяя
каждое слово:
- В случайность не верю.
Осипов растерянно молчал. Он, как это часто бывало с ним, почти мгно-
венно принял точку зрения полковника, ощутив холодок опасности.
- Что еще сообщают? - спросил Щукин.
- Напоминают о деньгах.
- Они могли бы обойтись и собственными средствами, - недовольно вы-
молвил полковник. - Пусть тряхнут мошной киевские рябушинские и терещен-
ки, которых там осталось немало. Ювелиры, например.
- Да, но им нужны долговые гарантии, - осмелился возразить Осипов.
- Гарантии?.. Если они пишутся на бумаге, а не на чистом золоте, мы
можем их давать сколько угодно и кому угодно! - жестко отчеканил Щукин.
- Понял, господин полковник! - Осипов повернулся, чтобы уйти.
Но Щукин поднял руку, останавливая его:
- Минуточку, Виталий Семенович! Садитесь! Я просил вас навести обсто-
ятельные справки о капитане Кольцове и ротмистре Волине. Вы это сделали?
- Я располагаю только теми сведениями, которые имел честь уже доло-
жить вам, Николай Григорьевич, - тихо произнес Осипов. - А родословную
Кольцова проверить сейчас нет никакой возможности. Сызрань пока еще у
красных... - Он выжидательно помолчал и затем с едва заметной иронией
спросил полковника: - В чем, собственно, вы его подозреваете, Николай
Григорьевич? Не в большевизме