Нарекаю его Clairte de Soleil.
- А что это значит? - спросил Гарри, который по-французски знал только отдельные слова.
- Свет Солнца, - сказал я ему. - Возможно, в честь великого короля инков, который сам себя считает сыном Солнца. Но имя хорошее. Пусть бы только Господь всемогущий благодаря этому доставил нас к свету.
- Надо бы взять побольше жратвы, - сказал Гарри. Этот вывод он делал уже в пятидесятый раз за последние пятьдесят минут, но поддержки не получил и стал ворчать себе под нос о том, что мы ужасно много оставляем в пещере неизвестно кому.
Не знаю почему, но мы были абсолютно уверены, что скоро скажем «прощай» этому подземному миру со всеми его опасностями. Так или иначе, мы старались убедить себя, что успех нашего предприятия обеспечен, как будто уже видели, как с другого конца туннеля, по которому мы собираемся отправиться в плавание, пробиваются лучики солнечного света. Мы подбадривали друг друга и, надеясь на лучшее, отметали все мысли о возможной неудаче.
Нам понадобилось некоторое время, чтобы дотащить плот до воды. Хотя он и был близко от берега, мы транспортировали его как могли бережно. Правда, когда плот был на воде, нетерпение взяло свое, и мы забыли обо всякой осторожности. Пока Дезире устраивалась на своем сиденье из шкур, мы придерживали плот у берега. Копья лежали у ее ног, на всякий случай привязанные ремнями.
Гарри перешел на другой конец плота.
- Готово! - сказал он, и я, идя вброд за плотом, стал толкать его от берега. Когда вода стала мне по колено, я залез на борт и взял весло.
- Ради всех святых, взгляните на нее! - с восторгом воскликнул Гарри. - Словно выросла на три дюйма! Ей впору командовать флотилией!
- Молчать! - шутя скомандовала Дезире. - Как хорошо!
- Лучше некуда, - согласился я, - но особенно не расслабляйся. Когда выйдем на стремнину, всякое может случиться. В этой чертовой темноте можно ждать чего угодно. Один подходящий камешек размером с твою голову - и мы пойдем ко дну.
Мы все еще были рядом с островом и двигались очень осторожно. Мне с Гарри для поддержания равновесия приходилось сидеть на примерно одинаковом расстоянии от центра. Плот, с учетом его размеров, очень хорошо слушался руля.
Еще через пять минут мы достигли середины подземной реки. В этом месте течение было слабым, и мы двигались медленно. Гарри сидел на носу, а я занял место на корме, если этот термин можно было применить по отношению к нашему плоту, - то есть позади Дезире. Мы подсчитали, что находились примерно в миле от того места, где ручей вытекает из пещеры.
Постепенно расстояние между берегами уменьшалось, а скорость течения возрастала. Оно все еще было не очень сильным, и плот шел ровно, не раскачиваясь. Раз или два, попадая в небольшие водовороты, он наполовину разворачивался, клевал носом, но потом выправлялся. Вода по бокам плота по мере нашего продвижения вперед стала бурлить, и эти звуки были для нас сладчайшей музыкой. Русло сделалось таким узким, что мы, хотя и смутно, видели оба берега, и я понимал, что мы